Получайте новости с этого сайта на
Evgeny Skoblikov

От централизации к децентрализации и обратно – так диктует цифровизация

ВВЕДЕНИЕ

Какие меры позволят перезапустить развитие экономики?

Я не думаю, а знаю, что основным препятствием, которое стоит на пути преодоления экономических последствий эпидемии коронавируса, является отсутствие денег. В США и Европе ФРС и ЕЦБ проблему решили просто – раздачей денег. И Россия могла бы поступить точно также, деньги в ФНБ и других резервных фондах есть, но с нашей неразвитой денежно-банковской системой нельзя поступить аналогичным образом. Например, в Пензенской области из 53 банков местный только один. Остальные представлены филиалами своих крупных, в основном столичных банков, таких как Сбербанк, ВТБ, Газпромбанк, Альфа-Банк, Россельхозбанк, Открытие, которые по рейтингу занимают места с 1-ого по 7-ое, в то время как наш местный банк Кузнецкий находится на 220 месте. При этом 22 не местных банка не имеют в регионе ни офиса, ни банкомата, и почему они попали в список пензенских банков, непонятно. Но главное – и в регионах все деньги контролируются Центральным банком, и это главное препятствие развития экономики, хотя кажется, что коммерческие банки самостоятельны.

ОСНОВНАЯ ЧАСТЬ

Ситуация. Однако утверждение о том, что банковское обслуживание в регионах неразвито, будет не совсем точным. Оно развито, просто однобоко, о чём говорят общие данные по Пензе, которые я свёл в таблицу:

Банк

Активы банка, трлн руб

Место по активам

Объём

привлеч. Депозитов, трлн руб

Объём кредитов, трлн руб

Рейтинг по надёжности

Количество в Пензе

отделен. (доп оф.)

банкоматов

Сбербанк

30,3

1

10,2

6,5

1

25

129

ВТБ

14,8

2

2,9

2,9

2

8

71

Росельхозбанк

3,6

4

1,1

0,4

5

22

16

Газпромбанк

6,6

3

1,0

0,6

3

1

5

Банк «Кузнецкий»

0,0066

220

0,0028

0,001

49

19

32

Таким образом, несмотря на то, что банк «Кузнецкий» старается быть по-настоящему местным, ему, с его активами в 4600 раз меньшими, чем у Сбербанка, трудно тягаться с ним, как и с остальными крупными банками. Например, хотя у него чуть меньше допофисов, чем у Россельхозбанка в районах области, он проигрывает в конкуренции с ним, поскольку его активы в 545 меньше и, следовательно, он не может проводить активную инвестиционную политику и потому вынужден также сосредоточиться на депозитно-кредитных операциях для физических лиц.

И вообще, если по данным ЦБР на 01.05.2020, все банки страны располагают активами в сумме 103,025 трлн рублей, из которой 102,355 трлн рублей приходится на первые 200 банков, офисы которых располагаются в столице и крупных городах, трудно ожидать развитие экономики в регионах, подавляющее большинство которых являются дотационными. Но и из суммы 102,355 трлн рублей активов 200 банков, активы первых 5-ти самых крупных составляют 62,519 трлн рублей, у первых 20-ти банков - 86,075 трлн рублей, или 83,5% всех активов банковской системы. А на остальные 408 банков приходится только 16,28 трлн рублей (16,5%), а поэтому они просто не располагают нужными для развития страны инвестиционными капиталами. Впрочем, такого основного целеполагания – развивать экономику в регионах – у больших банков и нет. Пользуясь своим монопольным положением, они, если выражаться на банковском сленге, в основном «пылесосят» бизнес-местность, освобождая её от свободных денег, которые затем переправляются в столицу, где «крутятся» на бирже или конвертируются в валюту и выводятся за рубеж. А при падении курса рубля не использованную на инвестиции валюту обменивают на рубли, чтобы получить навар от роста курса доллара и евро. Иначе от чего бы это в кризис у предприятий прибыль падала, а у банков росла?

Что делать? Надо менять стратегию, хватит складывать деньги в кубышку – они должны работать. Но если такой перекос невозможно исправить, то следует подумать о том, как обратить его на пользу, и сделать основным проводником развития.

Для этого перейти от плана А (С.Глазьев считает, что надо заставить ЦБ кредитовать экономику и снизить ставки) к плану Б, для чего поменять стратегию денежно-кредитной политики от центрально ориентированной на региональную. Если априори считается негативным вывод капиталов за рубеж, то следует считать таковым и вывод денег из региона, которые там заработаны местным бизнесом и физическими лицами. Экономический кризис, вызванный пандемией, в России осложнён значительным падением стоимости нефти, в связи с чем банковские аналитики считают, что в результате этого ВВП в 2020 году может сократиться даже на 10%. И это надо использовать как самый весомый довод поменять стратегию, воспользоваться падением цен на энергоресурсы и направить все накопленные инвестиционные ресурсы на развитие экономики, на импортозамещение.

А где это должно происходить? Конечно, не в столице, а в регионах, которые истосковались по восстановлению промышленного потенциала. В Пензе до начала рыночных реформ было более 50-ти заводов, НИИ и КБ общесоюзного и республиканского значения, не считая такого же количества небольших предприятий, ныне из которых функционируют лишь пятая часть, да и то с численностью во много раз меньшей, чем раньше. Работу потеряли десятки тысяч квалифицированных инженеров и рабочих, которые чтобы выжить, вынуждены были перебиваться случайными заработками. А область потеряла вместе с кадрами те объёмы ВВП и бюджетных поступлений, которые можно было бы сохранить без кавалерийской атаки прихватизаторов. Точно такая же картина и в других регионах. Вот на фото торговый центр «Ритейл парк», на месте которого раньше находился крупнейший завод микроэлектроники: завод ВТ (Высоких технологий) ...


За фасадом торгового остались разорённые 5 корпусов, в которых были чистые комнаты для производства столь необходимых сейчас компонентов для микроэлектроники – ещё фото:


Таких фото у меня больше сотни, но новости здесь нет никакой – такая разруха везде. А что надо делать? Главное – не надо опускать руки и сетовать на судьбу - то, что случилось уже не вернёшь. Необходимо вернуться на ту историческую стезю денежного обращения, с которой страны свернули в 1913 году с созданием ФРС, и далее вылившуюся в шедшее нарастающим комом придание центральным банкам и в других странах статуса «независимых». «Независимых» от кого и чего? От правительства и необходимости считать своей главной задачей развитие экономики собственной страны. А ведь до этого эмиссия и контроль за денежным обращением в России были главными задачами Казначейства (до революции), а в советское время Госбанк выполнял роль казначейства и действовал как структура, подчинённая правительству. Рыночные реформы отняли у Казначейство ведущую роль в денежном обращении. Более того, поскольку его счёт находится в ЦБ, он совершенно прозрачен для «независимого» от правительства банка.

Следовательно, надо вернуть историю к исходному пункту, чтобы Казначейство снова стало ведущим звеном денежного обращения. А начинать надо с создания бюджетных инвестиционных банков развития. Такой местный банк, ориентированный на нужды региона, будет действовать гораздо эффективнее, чем представленные в регионе столичные банки. Можно ли сделать им какой-либо местный банк, как пензенский банк Кузнецкий? Нет - сначала надо создать бюджетно-инвестиционный банк развития области, чтобы у него был собственный счёт не в ЦБ, а Казначейства, который тоже должен преобразоваться в банковскую структуру. Именно в нём должен находиться бюджетный счёт, который сейчас на счетах в региональных ГУ ЦБ. И вот тогда и местные банки могут влить свои активы в региональный банк, став его соучредителем. Это сразу выводит региональные банки в топ 100 банков, поскольку их активы сразу увеличатся до 50-100 млрд рублей, а многим столичным банкам придётся уйти с региональных рынков.

Однако, если такой региональный банк будет выполнять точно такие же функции, что и существующие, т.е. «пылесосить» свободные денежные средства граждан и юрлиц, чтобы получать маржу на кредитно-депозитных, а не на инвестиционных операциях, изобретая всякие «финансовые продукты», экономическая ситуация в регионе кардинально не поменяется. А смысл организации такого банка только в том и состоит, чтобы резко поменять вектор на рост и развитие. В чём он должен состоять, на мой взгляд? Во-первых, именно в этом банке должен быть казначейский счёт области, а не в ГУ ЦБ. И потому он должен именоваться как региональный инвестиционно-казначейский банк развития (РИКБР). Во-вторых, только через него должны поступать в бюджет области налоговые платежи и прочие поступления, и только с него идти все платежи из бюджета и там фиксироваться его обязательства (государственный долг), т.е. такой банк получает исключительное право на выполнение операций с бюджетными средствами. В-третьих, через этот банк должна идти адресная помощь бизнесу и жителям, чтобы господдержка не гуляла по частным коммерческим банкам. В-четвёртых, во всех районах, городах и сёлах области, края должны быть операционные кассы (операционные узлы). Ведь не секрет, что не только большие, но и маленькие банки считают нерентабельным содержать отделения в небольших населённых пунктах. И в этом случае РИКБР должен открывать счета не только бюджетникам, но и всем МСП, а также лицевые счета самозанятым, да и всем гражданам, начиная с 14-ти лет с дебетовыми зарплатными картами.

Посмотрим, как изменится инвестиционный климат в Пензенской области при наличии РИКБР. Доходы бюджета Пензенской области на 2020 год запланированы в сумме 61,7 млрд, расходы – 61,4 млрд рублей, государственный долг области на 01.06.2020г составляет 21,05 млрд рублей. Но если половину этой суммы приходится на бюджетный кредит под 0,1%, т.е. практически бесплатно, то долг Сбербанку в сумме 11,0 млрд обойдётся области в 825 млн рублей (под 7,5%). И если сравнить эту сумму с затратами, которые планируются на «развитие промышленности в Пензенской области и повышение ее конкурентоспособности» согласно государственной программы на 2014 - 2022 годы, то на три оставшихся года планируется всего 68 млн рублей, причём год от года всё меньше и меньше:

2020 год – 32,4 млн. рублей;

2021 год – 22,2 млн рублей;

2022 год – 13,4 млн рублей;

Таким образом, если Сбербанк заработает на бюджете области 825 млн рублей, то что область получит, потратив всего 68 млн рублей? Практически ничего, это мизерная сумма, поскольку один обрабатывающий центр стоит порядка 15-20 млн рублей и выше. Поэтому не будет никакого «развития промышленности и повышения её конкурентоспособности», область станет лишь беднее. Но если будет свой, региональный банк с отделениями во всех районах области, и все деньги, не только бюджетные, но и работающих жителей области будут идти только через его операционные кассы, то на развитие промышленности можно будет тратить не десятки миллионов год, а десятки миллиардов. Сделаем несложный расчёт исходя из средних значений, предположив, что РИКБР инвестирует в развитие промышленности 10 млрд рублей, что позволит трудоустроить 1000 человек с месячной зарплатой 40 тыс. рублей, а прибыль на вложение составит 15%. Тогда бюджет области за год получит: НДФЛ 85% от 13% – 1000х40х12х0,13х0,85= 53040 тыс. рублей; налог на имущество 2% - 10х0,02=0,2 млрд рублей; налог на прибыль 18% - 10х0,15х0,18= 0,27 млрд рублей. Итого: 53+200+270=523 млн рублей. На самом деле, эта сумма будет значительно больше, т.к. брались в расчёт только бюджетные деньги, а активы банка позволят, вероятно, инвестировать в развитие намного больше. Дело в том, что если зарплатный проект сменит сберовскую прописку и дебетовые карточки граждане будут иметь исключительно в региональном банке, его активы резко вырастут: по статистике 2019 года в области работало 375300 человек со средней зарплатой 36,9 тыс рублей. Следовательно, годовой финансовый поток будет: 375300х36,9х12=166182840 тыс или 166,2 млрд рублей. А денежный поток области в общей сумме превышает 1 трлн рублей, но он разбит между десятками тысяч расчётно-платёжных пунктов, через которые он проходит, что не позволяет использовать его на развитие.

ВЫВОД. С организацией регионального инвестиционно-казначейского банка развития курс на развитие получит свою финансовую опору, которая позволит направлять на развитие региона значительно больше средств, чем сейчас. А граждане и бизнес, имея по сути свой источник денег, смогут кредитоваться под проценты, которые можно держать значительно ниже тех, которые предлагают Сбербанк и столичные банки, что приведёт к росту товарооборота в регионе и, следовательно, ВРП. При этом резко снизится уровень коррупции и корыстных преступлений, поскольку чисто технически безналичные расчётно-платёжные операции в региональном банке не позволят сделать «откат» с полученного госзаказа в пользу чиновника, т.к. на свою дебетовую карточку он может получать, как и другие граждане, только легальные доходы. Но главное, чтобы через этот банк шли все инвестиции, сжатые в один кулак, на развитие промышленности и сельского хозяйства в регионе.

Предлагаемый мной проект, безусловно, непростой для реализации, здесь всё определяет инициатива, что называется, с мест, а именно - от губернатора, чтобы не я, а он вышел с предложением в Правительство организовать в области бюджетно-казначейский банк. И на такое развитие событий можно вполне рассчитывать, и губернаторам тоже нужны новые идеи, которые он мог бы предложить своим гражданам.

А как же быть с централизацией денежного обращения, если произойдёт такая децентрализация? Это временное явление, которое подойдёт к своему финалу – полной централизации казначейского контроля за денежным обращением после того, как окрепнут инвестиционно-казначейские банки во многих регионах. Так диктует необходимость цифровизиция регистрационно-платёжных операций, о которой мы поговорим в следующей статье ...

29.08.2020 Евгений Скобликов

От централизации к децентрализации и обратно – так диктует цифровизация

Добро пожаловать! Вы первый раз здесь?

Что вы ищете? Выберите интересующие вас темы, чтобы улучшить свой первый опыт:

Применить и продолжить